Эскорт-агентство Queens Palace

Семенов Дмитрий

Печать

Полковник, Герой России Игорь Станкевич: «81-й из- боя не вышел!» (На конкурс военных писателей «Служу народу и Отечеству!» имени Героя Советского Союза В.В. Карпова)

Автор: Дмитрий Семёнов (г. Самара)

Полковник, Герой России Игорь Станкевич: «81-й из- боя не вышел!»


Всё дальше уносит от нас время события января 95-го года. Новогодний штурм Грозного, кровавое противостояние чеченских боевиков и наших мальчишек в военной форме, брошенных на ликвидацию формирований дудаевских головорезов. Кое-кто практически сразу же окрестил ту операцию «провальной», «расстрельной». Русским солдатам, оказавшимся на острие боев, навесили ярлыки чуть ли не «ягнят, брошенных на заклание». Нарицательными стали и названия частей, понесших наибольшие потери: 131-я бригада, 81-й полк…


А между тем в те первые дни и часы грозненской операции наши военнослужащие проявляли беспримерное мужество, выполняя поставленные задачи, следуя воинскому долгу и присяге. Подразделения, вступившие в тот «грозный» во всех смыслах город, стояли до конца, насмерть.


 - Да, наш полк понес в Грозном ощутимые потери: и в личном составе, и в технике, — говорит Игорь Станкевич — бывший заместитель командира 81-го гвардейского мотострелкового полка, удостоенный за мужество и героизм, проявленные в тех январских боях в Грозном, звания Героя Российской Федерации. – Но мы оказались на острие главного удара, а первым, как известно, всегда труднее всего. Во всех сражениях те, кто выставлен в авангард, рискуют больше остальных. Я ответственно заявляю: наш полк поставленную ему задачу выполнил. И скажу больше: общий замысел всей операции в Грозном был реализован, в том числе, благодаря мужеству и отваге наших солдат и офицеров, которые первыми вступили в бой и героически сражались все эти тяжелые январские дни.


Чеченский «нарыв»


В конце 1994 года стало окончательно ясно, что без применения силы справиться с бандитским беспределом в одном отдельно взятом российском регионе не удастся. Республика не просто превратилась в откровенно преступный и слабоуправляемый из федерального центра анклав, но и грозила юридическим отторжением от России (фактически по ряду сфер такое отделение уже произошло). Регион терзали острейшие внутриполитические противоречия, завязанные на межклановых разборках. К тому же чеченские экстремисты периодически отмечались в «громких» терактах на территории всего региона. Соседние с Чечней края и республики регулярно становились жертвами дерзких бандитских набегов.


30 ноября 1994 года президентом был подписан указ №2137-с «О мероприятиях по восстановлению конституционной законности и правопорядка на территории Чеченской Республики». Чеченский «нарыв» решено было «взрезать» силовым методом.


В рамках президентского указа, Вооруженным Силам РФ, внутренний войскам и Федеральной службе контрразведки была поставлена задана разоружить незаконные вооруженные формирования (НВФ) и стабилизировать обстановку в Чеченской Республике. Для проведения операции создавалась Объединенная группировка войск, включающая разнородные силы и средства различных министерств и ведомств. В декабре было издано еще несколько государственных нормативных актов, которыми силовикам ставились непосредственные задачи по восстановлению порядка на территории региона.


- В первых числах декабря 1994 года мы с командиром полка полковником Ярославцевым прибыли по служебным делам в штаб нашей 2-й армии, — вспоминает Игорь Станкевич. -  В разгар  совещания у начштаба объединения генерала Кротова раздался звонок. Звонил кто-то из высокопоставленных военачальников (мы это поняли по тону разговора). «Так точно, — ответил генерал абоненту на один из его вопросов, — командир и зам по работе с личным составом 81-го полка как раз у меня. Информацию до них сейчас же доведу».


После того, как генерал повесил трубку, он попросил всех присутствовавших выйти. Остались только мы с полковником Ярославцевым. В обстановке тет-а-тет нам было объявлено, что в скором времени полку поступит боевая задача, что «надо готовится». Регион применения — Северный Кавказ. Все остальное – пока в секрете.


Наша справка.


81-й гвардейский мотострелковый полк -  преемник 210-го стрелкового полка – был образован в  1939 году. Боевую биографию начал на Халхин-Голе. В годы Великой Отечественной войны участвовал в обороне Москвы, освобождал от фашистов Орел, Львов, города Восточной Европы. 30 военнослужащих полка стали Героями Советского Союза. На Боевом Знамени части пять орденов — два Красного Знамени, Суворова, Кутузова, Богдана Хмельницкого. После войны дислоцировался на территории ГДР. В настоящее время входит в состав 27-й гвардейской мотострелковой дивизии Приволжско-Уральского военного округа, является частью постоянной боевой готовности.


В середине 1993 года 81-й полк, входивший тогда в состав 90-й танковой дивизии 2-й армии, был выведен из Западной группы войск и  размещен в 40 километрах от Самары,  в поселке Черноречье. И полк, и дивизия, и армия стали частью Приволжского военного округа. «В полку на момент прибытия к новому месту дислокации не оставалось ни одного солдата, — вспоминает Игорь Станкевич. – С выводом «растерялось» также много офицеров, прапорщиков. Большинство вопросов, прежде всего организационных, приходилось решать оставшимся небольшим коллективом. Но эти несколько человек оказались настоящим костяком, благодаря которым удалось воссоздать часть практически заново».


К осени 1994 года 81-й был укомплектован по штату так называемых мобильных сил. Тогда в Вооруженных Силах как раз начали создавать такие части. Предполагалось, что они могут быть по первой команде переброшены в любой район страны для решения различных задач – от ликвидации последствий стихийных бедствий до отражения нападения бандформирований (слова «терроризм» тогда еще не было в массовом обиходе).


С приданием полку особого статуса в нем заметно активизировалась боевая подготовка, стали эффективнее решаться вопросы комплектования. Постепенно слаживались подразделения, создавались воинские коллективы. Офицерскому составу начали выделять первые квартиры в построенном на средства властей ФРГ жилом городке в Черноречье. В том же 94-м году полк успешно сдал проверку Министерства обороны. 81-й впервые после всех передряг, связанных с выводом и обустройством на новом месте, показал, что он стал полнокровной частью российской армии, боеготовой, способной к выполнению любых задач.


Правда, эта инспекция оказала полку и дурную службу. 


- Ребята, получившие хорошую профессиональную подготовку, загорелись желанием послужить в «горячих точках», в тех же миротворческих силах, — вспоминает полковник Игорь Станкевич. – Писали рапорта, мы не отказывали. В миротворческих частях наших подготовленных специалистов брали с удовольствием. В итоге за короткий период из полка перевелись около двухсот военнослужащих. Причем самых востребованных специальностей – механики-водители, наводчики, снайперы.


В 81-м полагали, что это не беда, что образовавшиеся вакансии удастся восполнить, обучить новых людей, продолжить службу. Кто же знал, что внезапно последует такая задача…


Эшелоны на Кавказ


Мы беседовали с Игорем Валентиновичем Станкевичем накануне очередной горькой даты — 13-летия первого ввода войск в Чечню. Тогда никто не предполагал, что со временем это назовут «первой чеченской кампанией», что будет еще «вторая Чечня»…


81-й мотострелковый полк ПриВО, которому в декабре 94-го предстояло отправиться на войну, в короткий срок скомплектовали из числа военнослужащих 48 частей округа. На все сборы  – неделя. Время поджимало. Также споро подбирали и командиров. Большинство офицеров первичного звена оказались «двухгодичниками»: из 157 офицеров полка 66 человек – в основном командиры взводов и рот — имели за плечами лишь военные кафедры гражданских вузов.


 14 декабря на железнодорожные составы уже начали грузить боевую технику (всего полк перебрасывался в Моздок пятью эшелонами). Игорь Станкевич вспоминает: «Сказать, что настроение у людей было подавленным, не могу. Напротив, многие были уверены, что это будет недолгая командировка, что вернуться удастся уже к новогодним праздникам». Для самого же подполковника было понятно, что это будет война, и война далеко не скоротечная…


- События, которые происходили в тот момент в регионе, однозначно показывали, что нам предстоит воевать, — вспоминает Игорь Валентиногвич. — В каком виде могли быть будущие боевые действия? Нам пытались объяснить, что мы будем что-то «обеспечивать», кого-то «прикрывать». Но мы, афганцы это уже проходили, мы знали, и что такое «зачистка», и какой бывает «зеленка».


На тот момент в полку было четверо военнослужащих, имевших боевой опыт. Афганистан прошли командир части полковник Александр Ярославцев, его зам по работе с личным составом подполковник Игорь Станкевич и начальник штаба 2-го мотострелкового батальона майор Артур Белов. Еще один офицер – старший лейтенант Сельдар Мамедоразов, занимавший «небоевую» должность начальника клуба, принимал участие в событиях в Закавказье.


Учитывая дефицит времени, занятия с личным составом были организованы даже в поезде, по пути следования эшелонов.  «Изучалась материальная часть оружия, порядок прицеливания, боевой устав, особенно разделы, касающиеся боевых действий в городе, — вспоминает Игорь Станкевич. – Кроме этого, проводились беседы с людьми, личный состав настраивался в морально-психологическом плане».


Еще неделя была дана полку на подготовку уже по прибытии в Моздок. Стрельбы, слаживание подразделений. «Хотелось, конечно, получить больше времени на организацию занятий, -  говорит бывший замкомандира полка. – И сейчас, спустя годы, нужно прямо сказать: по большому счету полк не был полностью готов к боевым действиям. Не хватало личного состава, прежде всего в мотострелковых подразделениях. Не было пехоты, которая должна была находиться в отсеках БМП и вести огонь по противнику. Не были слаженными роты, взвода».


Потом на пополнение полка ему будут приданы около двухсот десантников. Таких же молодых, необстрелянных солдат. Учиться воевать им, как и их сослуживцам из 81-го, пришлось уже на боевых постах, под огнем противника…


Противник оказался не условным…


Согласно открытым данным, на момент начала штурма Грозного вокруг чеченской столицы были сосредоточены 13.879 военнослужащих федеральных войск. В город, блокированный с северо-востока, севера, северо-запада и запада, готовы были войти 164 танка, 305  БМП, 250 БТР, 114 БМД.  Огневую поддержку осуществляли 208 орудий и минометов.


В боевой технике федералы имели очевидное превосходство над дудаевцами. Однако в личном составе преимущества не было даже до двух к одному. Классическая же теория боя требует преимущества наступающих примерно в три раза, причем с учетом городской застройки эта цифра должны быть еще больше.


А чем располагал на тот момент Дудаев? По данным, которые позже попали в руки наших силовиков, численность чеченской армии доходила до 15 тысяч человек в регулярных войсках и до 30-40 тысяч вооруженных ополченцев. Регулярные армейские части Чечни составляли танковый полк, горно-стрелковую бригаду, артполк, зенитно-артиллерийский полк, мусульманский истребительный полк, 2 учебных авиационных полка. У республики были собственные подразделения специального назначения -  национальная гвардия (около 2000 человек), отдельный полк особого назначения МВД, полк пограничной и таможенной службы департамента госбезопасности, а также отряды вышколенной личной охраны лидеров Чечни.


 Серьезные силы представляли формирования так называемой «конфедерации народов Кавказа» — батальоны «Борз» и «Воины праведных халифов» Аслана Масхадова, батальон «Абд-эль-Кадер» Шамиля Басаева, отряд «Партия исламского возрождения» Салмана Радуева, отряд «Исламская община» Хаттаба. Кроме того, как позже было установлено, на стороне Дудаева воевали более пяти тысяч наемников из 14 государств мира.


Согласно захваченным в 1995 году трофейным документам, Дудаев помимо регулярных сил располагал как минимум 300 тысячами (!) резервистов. Принятый в регионе закон «Об обороне ЧР» от 24 декабря 1991 года ввел обязательную воинскую службу для всех граждан  мужского пола от 19 до 26 лет. Естественно, что служба проходила в Чечне, в местных военизированных формированиях. Действовала система регулярных сборов запасников: за период 1991-1994 годов было проведено шесть полноценных мобилизационных учений. Части чеченской армии пополнялись даже дезертирами: на основании указа Дудаева №29 от 17 февраля 1992 года военнослужащие-чеченцы, самовольно оставившие воинские части на территории СССР и изъявившие желание служить в ВС ЧР, реабилитировались, а возбужденные против них уголовные дела прекращались.


Другим дудаевским указом №2 от 8 ноября 1991 года в Чечне учреждалось военное министерство. К нему переходили все воинские формирования на территории республики вместе с техникой и вооружением. По оперативным данным, Чечня на конец 1994 года располагала 2 пусковыми установками оперативно-тактических ракет, 111 самолетами  Л-39 и 149 Л-29 (учебными, но переделанными в легкие штурмовики), 5 истребителями МиГ-17 и МиГ-15, 6 самолетами Ан-2, 243 авиационными ракетами, 7 тысячами авиаснарядов.


Чеченские «сухопутные войска» имели на своем вооружении 42 танка Т-72 и Т-62, 34 БМП, 30 БТР и БРДМ, 18 РСЗО «Град» и более 1000 снарядов к ним, 139 артиллерийских систем, в том числе 30 122-мм гаубиц Д-ЗО и 24 тысячи снарядов к ним. Дудаевские формирования располагали 5 стационарными и 88 переносными ЗРК, а также 25 зенитными установками различных типов, 590 единицами противотанковых средств, около 50 тысячами единиц стрелкового оружия и более 150 тысяч гранат.


Бывший командующий ОГВ генерал-лейтенант Анатолий Квашнин на сборе руководящего состава ВС РФ в феврале 1995 года докладывал:


«Для обороны Грозного чеченским командованием было создано три оборонительных рубежа. Внутренний имел радиус от 1 до 1,5 км вокруг президентского дворца. Оборона здесь основывалась на созданных сплошных узлах сопротивления вокруг дворца с использованием капитальных каменных строений. Нижние и верхние этажи зданий были приспособлены для ведения огня из стрелкового оружия и противотанковых средств. Вдоль проспектов Орджоникидзе, Победы и улицы Первомайская были созданы подготовленные позиции для ведения огня артиллерии и танков прямой наводкой.


Средний рубеж находился на удалении до 1 км от границ внутреннего рубежа в северо-западной части города и до 5 км в его юго-западной и юго-восточной частях. Основу этого рубежа составляли опорные пункты в начале Старопромысловского шоссе, узлы сопротивления у мостов через реку Сунжа, в микрорайоне Минутка, на улице Сайханова. К подрыву или поджогу были подготовлены нефтепромыслы, нефтеперерабатывающие заводы имени Ленина и Шерипова, а также химический завод.


Внешний рубеж проходил в основном по окраинам города и состоял из опорных пунктов на автомагистралях Грозный–Моздок, Долинский–Катаяма-Ташкала, опорных пунктов Нефтянка, Ханкала и Старая Сунжа – на востоке и Черноречье – на юге города».


«Виртуальная»  топография


- Всего этого мы, скажу откровенно, тогда не знали, -  говорит Игорь Станкевич. – Четкими данными о противнике практически не обладали, достоверной разведывательной и агентурной информации у нас также не было. Не было и карт, и это правда. У меня была нарисованная от руки схема, куда я приблизительно должен был выйти со своими подразделениями. Позже карта у меня все же появилась: ее сняли с нашего убитого-капитана танкиста. Когда во время боя я со своим отрядом вышел на перекресток улиц Богдана Хмельницкого и Маяковского, начштаба дивизии по радио запросил у меня мое местонахождение. Я сумел сориентироваться… по названиям улиц, которые прочитал на домах. Объяснил, где нахожусь. Этот район и был определен мне в качестве рубежа, где необходимо было закрепиться.


Задачи командующим группировками по действиям в городе за несколько дней до штурма поставил Анатолий Квашнин. Главная задача выпала как раз 81-му полку, который должен был действовать  в составе группировки «Север» под командованием генерал-майора Константина Пуликовского.


Полку, который частью сосредоточился на южных склонах Терского хребта, а частью (одним батальоном) находился в районе молочно-товарной фермы в 5 км севернее Алхан-Чуртского, определялись две задачи: ближайшая и последующая. Ближайшей предусматривалось к 10 часам утра 31 декабря занять аэропорт «Северный». Последующей — к 16 часам овладеть перекрестком улиц Хмельницкого и Маяковского.


Начало боевых действий именно 31 декабря, как предполагалось, должно было стать фактором внезапности. Позже дудаевцы признавались, что для них так оно и получилось: на момент ввода войск в город они еще не успели занять некоторые промежуточные оборонительные рубежи. Именно поэтому колонны федералов смогли практически беспрепятственно дойти до центра города, а не как утверждалось позже, попали в подготовленную ловушку бандитов, намеревавшихся втянуть наши колонны в некий «огневой мешок». Только к исходу дня боевики смогли организовать сопротивление. Все свои усилия дудаевцы сосредоточили на подразделениях, оказавшихся в центре города. Именно эти войска и понесли наибольшие потери…


Марш, атака, окружение, прорыв…


Хронология последнего дня 1994 года на сегодня восстановлена не то что по часам – по минутам. В 7 часов утра 31 декабря передовой отряд 81-го полка, включавший разведроту, атаковал аэропорт «Северный». С передовым отрядом находился начальник штаба 81-го подполковник Семен Бурлаков. К 9 часам его группа выполнила ближайшую задачу, овладев аэропортом и разминировав два моста через реку Нефтянку на пути в город.


Следом за передовым отрядом колонной двигался 1-й мсб подполковника Эдуарда Перепелкина. Западнее, через совхоз «Родина», шел 2-й мсб. Боевые машины двигались в колоннах: впереди шли танки, по флангам – самоходные зенитные установки.


От аэропорта «Северный» 81-й мсп вышел на улицу Хмельницкого. В 9.17 мотострелки встретили здесь первые силы противника: засаду из отряда дудаевцев с приданными танком, бронетранспортером и двумя «Уралами» с пехотой. Разведрота вступила в бой. Танк и один из «Уралов» боевиков удалось подбить, однако и разведчики потеряли одну БМП и несколько человек раненными. Командир полка полковник Ярославцев принял решение оттянуть разведку к главным силам и на время остановить продвижение батальонов.


Затем продвижение возобновилось. Уже к 11.00 колонны 81-го полка вышли к улице Маяковского.  Опережение ранее утвержденного графика составило почти 5 часов! Ярославцев доложил об этом командованию, и получил приказ двигаться на блокирование президентского дворца, к центру города. Во исполнение приказа полк начал продвижение к площади Дзержинского. К 12.30 передовые подразделения были уже около вокзала, и в штабе группировки подтвердил ранее отданное распоряжение – окружить президентский дворец. В 13.00 главные силы полка прошли вокзал и по улице Орджоникидзе устремились к комплексу правительственных зданий.


Но дудаевцы постепенно приходили в себя. С их стороны развернулось мощнейшее огневое противодействие. У дворца разгорелся ожесточенный бой. Здесь совершил свой подвиг передовой авианаводчик капитан Кирьянов, закрывший собой командира 81-го мсп от противотанковой реактивной гранаты. Полковник Ярославцев остался жив, но был ранен. В 14.00 он передал командование начальнику штаба полка подполковнику Бурлакову.


В 16.10 начштаба получил подтверждение задачи блокировать дворец. Но против мотострелков уже шло жесточайшее огневое сопротивление.


удаевские гранатометчики, рассредоточившись по зданиям в центре города, принялись расстреливать наши боевые машины буквально в упор. Отвечая огнем, колонны вынужденно стали постепенно распадаться на отдельные группы. К 17 часам был ранен и подполковник Бурлаков, из строя вышло уже около ста солдат и сержантов. Об интенсивности огневого воздействия можно судить хотя бы по одному факту: только с 18.30 до 18.40, то есть всего за 10 минут, боевики подбили сразу 3 танка 81-го полка!


Прорвавшиеся в город подразделения 81-го мсп и 131-й омсбр оказались в окружении. Дудаевцы обрушили на них шквал огня. Бойцы под прикрытием БМП заняли круговую оборону. Основная часть личного состава и техники сосредоточились на привокзальной площади, в самом вокзале и в окружающих зданиях. 1-й мсб 81-го полка разместился в здании вокзала, 2-й мсб – на товарном дворе станции.


1-я мср под командованием капитана Безруцкого заняла здание управления дороги. БМП роты были выставлены во дворе, на воротах и на выездных путях к железнодорожному полотну. В сумерках натиск противника усилился. Возросли потери Особенно в технике, которая стояла очень плотно, иногда буквально гусеница к гусенице. Огонь велся дудаевцами отовсюду. Противник, знавший местность, подготовленный – и морально, и тактически — получил инициативу в свои руки.


Относительное  затишье наступило лишь 23.00. Ночью перестрелки продолжались, а с утра командир 131-й омсбр полковник Савин запросил разрешение вышестоящего командования оставить вокзал. Был утвержден прорыв к парку имени Ленина, где оборонялись подразделения 693-го мсп группы «Запад». В 15 часов 1 января остатки подразделений 131-й омсбр и 81-го мсп начали прорываться от вокзала и товарной станции. Под непрекращающимся огнем дудаевцев колонны несли потери и постепенно распадались.


28 человек из 1-й мср 81-го мсп прорывались на трех БМП вдоль железной дороги. Добравшись до Дома печати, мотострелки заблудились на темных незнакомых улицах и попали в засаду боевиков. В результате две БМП были подбиты. Лишь одна машина под командованием капитана Архангелова выбралась в расположение федеральных войск.


…На сегодня известно – из состава подразделений 81-го мсп и 131-й омсбр, оказавшихся на острие главного удара, из окружения вышла лишь небольшая часть людей. Личный состав потерял командиров, технику (только за один день 31 декабря 81-й полк лишился 13 танков и 7 БМП), рассеялся по городу и выходил к своим самостоятельно — по одному или небольшими группами. По официальным данным на 10 января 1995 года, 81-й мсп потерял в Грозном 63 военнослужащих убитыми, 75  пропавшими без вести, 135 — ранеными…


Пусть мать врага заплачет первой


Но дудаевцы рано праздновали победу. Сводный отряд 81-го мсп, сформированный из подразделений, оставшихся за пределами «вокзального» кольца, сумел закрепиться на перекрестке улиц Богдана Хмельницкого и Маяковского. Командование отрядом принял на себя заместитель командира полка по работе с личным составом подполковник Игорь Станкевич. Двое суток его группа, находясь в полуокружении, оставаясь фактически на голом и простреливаемом насквозь месте -  перекрестке двух главных городских улиц, удерживала этот стратегически важный участок и постоянно наносила удары врагу.


 Станкевич грамотно разместил имеющиеся у него огневые средства. Расставил БМП (их у него было 9), организовал «привязку» огня приданных минометчиков по наиболее угрожающим участкам. При организации обороны Станкевичем были приняты даже нестандартные меры. Так, с целью защиты БМП от огня вражеских гранатометчиков, подполковник приказал… снять с окрестных грозненских дворов стальные ворота и прикрыть ими боевые машины по бокам и спереди.  «Ноу-хау» по Станкевичу оказалось удачным: выстрел РПГ «проскальзывал» по листу металла, не задевая  машину. Люди после кровавой новогодней ночи постепенно начали приходить в себя. В отряд Станкевича постепенно стягивались вырвавшиеся из окружения бойцы. Постепенно обустраивались как могли, организовывали отдых в перерыве между атаками противника.


-  Я подтверждаю: ни 31 декабря, ни 1 января, ни в последующие дни 81-й полк своими подразделениями не покинул города, оставался на передовой и продолжал участвовать в боевых действиях, — свидетельствует Игорь Станкевич. – Бои в Грозном от нашей части вели мой отряд, а также 4-я мотострелковая рота капитана Яровицкого, которая находилась на больничном комплексе. Утверждения о том, что дудаевцам удалось всех нас сломить, растоптать, утопить в крови – ложь. Мы продолжали держаться и выполнять задачи.


Сегодня уже можно открыть этот факт: первые двое суток в центре Грозного других организованных сил, кроме отряда Станкевича, фактически не было. Была еще одна небольшая группа от штаба генерала Рохлина, она держалась неподалеку. Если бы бандиты точно знали это, они, наверняка, бросили бы все свои резервы, чтобы раздавить горстку смельчаков. Бандиты уничтожили бы их так же, как и те подразделения, что оказались в огненном кольце в районе вокзала.


Но Станкевич не собирался сдаваться на милость врагу. По его команде были оперативно «зачищены» окрестные дворы, ликвидированы возможные позиции вражеских гранатометчиков. Здесь же мотострелки начали открывать для себя жестокую правду о том, что в действительности представлял из себя город, в который они вошли. «Это была настоящая крепость, — вспоминает Игорь Станкевич. – К войне готовился весь Грозный».


Так, в кирпичных заборах и стенах большинства домов на перекрестке Хмельницкого-Маяковского были обнаружены оборудованные проемы, возле которых были складированы выстрелы к гранатометам. Во дворах стояли заботливо подготовленные бутылки с «коктейлями  Молотова» — зажигательной смесью. А в одном из гаражей были найдены десятки пустых ящиков из-под гранатометных выстрелов: здесь, видимо, находился один из пунктов снабжения отрядов экстремистов. Судя по свежести упаковок, все боеприпасы до последнего выстрела были розданы аккурат перед вступлением федералов в город.


Группа Станкевича не просто стояла на своем рубеже, обороняя его. Она еще и продолжала выполнять боевые задачи, определенные полку. Конечно, снова ринуться на президентский дворец, который к тому моменту стал уже просто неприступной крепостью, было бы безумием. (Чтобы взять оплот Дудаева понадобятся еще долгие две с половиной недели и ввод в город дополнительных сил, в том числе морской пехоты). Но оставшиеся в городе подразделения 81-го уже 3 января начали выставлять блокпосты вдоль улицы Лермонтова, то есть выполнять задачу, также стоявшую перед полком в числе первоначальных.


- Блокпостами обеспечивался проход от консервного завода до больничного комплекса, — вспоминает Игорь Станкевич. – С нами во взаимодействии работали бойцы спецназа МВД. Наши посты позволяли хотя бы проскочить по улице Лермонтова, иначе всё бы там расстреливалось на ходу.


Полк выжил. Выжил вопреки тем, кто пытался его уничтожить в Грозном. Восстал из пепла назло тем, кто в это время заочно «хоронил» и его, и другие оказавшиеся в эпицентре грозненских сражений российские части.


- Я сейчас не хочу говорить, кому в тех боях досталось больше, кому меньше, — говорит Игорь Станкевич. — Скажу только за наш полк. Да, мы понесли тогда потери. Но уже через несколько дней полк вновь принимал самое активное участие в боевых действиях. Подтянулись резервы, подошли подразделения с Терского хребта.


По воспоминаниям бывшего замкомандира части, солдаты – 18-19-летние мальчишки — взрослели прямо на глазах. Ведь поначалу тяжело было просто переломить психику ребят, заставить их стрелять из боевого оружия в живых людей. Это ведь не кино, не компьютерная игра… Но офицеры, в том числе те самые «двухгодичники», также быстро овладевавшие фронтовой наукой, сумели объяснить личному составу, что огонь ведется не по человеку, а по оружию, которое направлено в тебя. И оно должно или замолчать, или…


Еще почти весь январь «расстрелянный», «растерзанный» злыми языками 81-й полк участвовал в боях за Грозный. И об этом опять-таки мало кто знает. Именно танкисты 81-го обеспечивали поддержку морской пехоте, штурмующей дворец Дудаева. Именно пехота полка захватывала завод «Красный молот», который дудаевцы из мирного советского предприятия превратили в полномасштабное оружейное производство. Инженерно-саперные подразделения части разминировали мост через Сунжу, по которому потом втягивались в город свежие силы. Подразделения 81-го принимали участие в захвате Дома печати, бывшего одним из опорных пунктов сопротивления сепаратистов.


- Отдаю должное всем боевым товарищам, с кем вместе вели бои в те дни, — говорит Игорь Станкевич. – Это и подразделения МВД, которыми руководил генерал Воробьев, геройски погибший потом в Грозном. Это и отряды внутренних войск, и группы спецназа ГРУ. Это сотрудники подразделений спецслужб, о работе которых, наверное, и сегодня нельзя многого говорить. Мужественные, героические люди, блестящие профессионалы, которыми гордилась бы любая страна. И я горжусь, что был с ними рядом на той передовой.


Героями становятся


Автору этих строк в первые январские дни довелось побывать в воюющем Грозном, как раз в расположении 81-го полка, который только-только перебазировался на территорию консервного завода, укрепив блокпост на перекрестке Хмельницкого-Маяковского и начав расстановку постов дальше по улице Маяковского. Журналистский блокнот испещрен записями: фамилии людей, героически проявивших себя в боях, многочисленные примеры мужества, отваги. Для этих солдат и офицеров это была просто работа, которую за подвиг тогда никто и не думал считать. Никто из них не смел называть то, что произошло 31 декабря, «трагедией». За погибших в тот день и ту новогоднюю ночь боевых товарищей  мотострелки отомстили сполна.


Вот только некоторые факты, помеченные мной для будущих материалов:


«…Старший прапорщик Григорий Кириченко. Под огнем противника совершил несколько «ходок» в эпицентр боя, вывозя в отсеках БМП, за рычагами которой сидел сам, раненых солдат в эвакопункт». (Позже удостоен звания Героя Российской Федерации)


«…Старший лейтенант Сельдар Мамедоразов (тот самый «небоевой» начклуба) прорвался на одной из БМП в район боя, вывез несколько раненых военнослужащих».


«…Майор медицинской службы Олег Пастушенко. В бою оказывал помощь личному составу».


«…Командир танкового батальона майор Юрий Захряпин. Геройски действовал в бою, поражал огневые точки противника. Представлен к награждению орденом Мужества и досрочному присвоению очередного воинского звания»


И еще фамилии солдат, офицеров, встречи с которыми тогда, на той грозненской передовой, остались как минимум записью в полевом блокноте. Как максимум – памятью на всю жизнь. Майоры медицинской службы Владимир Синкевич, Сергей Данилов, Виктор Минаев, Вячеслав Антонов, капитаны Александр Фомин, Владимир Назаренко, Игорь Вознюк, лейтенант Виталий Афанасьев, прапорщики медслужбы Лидия Андрюхина, Людмила Спивакова, младший сержант Александр Литвинов, рядовые Алик Салиханов, Владимир Ищериков, Александр Владимиров, Андрей Савченко… Где вы сейчас, те молодые фронтовики 90-х, солдаты и офицеры героического, прославленного полка? Воины опаленного в боях, но не сгоревшего дотла, а выжившего в этом адском пламени всем смертям назло 81-го гвардейского?..


Выстрелы в спину


- Да, сегодня, наверное, можно критиковать тех, кто организовывал ту операцию, кто посылал людей в бой, — говорит Игорь Валентинович. – Скажу только одно — мы, солдаты, меньше всего хотели воевать. И уж, наверное, все-таки можно было найти другой вариант решения «чеченского» вопроса. Но раз не нашли, раз посчитали, что это единственный выход – кому-то пришлось браться за оружие и наводить порядок. У нас был приказ. И мы его выполнили.


Не хотели воевать и многие чеченцы. В этом бывший замкомандира 81-го полка уверен абсолютно. Как и в том, что нельзя отождествлять бандитов и весь чеченский народ. «Среди убитых или плененных  боевиков мы видели и славян, и арабов — вспоминает бывший замкомполка. – На стороне Дудаева воевало немало откровенных уголовников, наркоманов. Ночью шли на нас в атаку босиком, с автоматом наперевес: обкуренные, обдолбанные наркотой… Такого можно было остановить только пулей».


Уже когда полк был выведен за Терский хребет, к командованию части постоянно приходили местные жители: несли оружие, выдавали скрывающихся боевиков. Бандитов тогда сдавали чуть ли пачками: один раз едва не удалось задержать Салмана Радуева и его сподручных, которых также выдали местные чеченцы. Жаль, ушел, гад…


- У меня до сих пор глубокое убеждение, что кто-то из тех, кто начинал эту войну, ставил перед собой цель развалить армию,  доказать ее недееспособность, — уверен сегодня Герой России Игорь Станкевич. – Приведу один пример. В первых числах января мы захватили архив Масхадова  — на тот момент начальника главного штаба чеченских сепаратистов. Согласно найденным документам, еще в мае 94-го года командование ВС ЧР разыгрывало план отражения возможного удара «противника». Мы  нашли и карты, и схемы, и рабочие тетради. Так вот, ввод наших войск в Грозный шел по тем самым направлениям, которые дудаевское командование отрабатывало  еще в мае 94-го года. Совпадение? Или…


С еще одним примером политического «закулисья» Игорь Станкевич столкнулся там же, в Грозном. Было это 2 января. Шел жестокий бой. Дудаевцы атаковали яростно, били со всех сторон. И вдруг бой стихает. В эфир на частоту мотострелков выходит какой-то человек, представляется слегка картавым голосом. «Я депутат Ковалев, назовите свою фамилию, номер части».


Станкевич потребовал незваного абонента немедленно покинуть частоту, уйти со связи. Он – «вы мне обязаны отвечать, я представляю власть». И дальше – совершенно неожиданно – «вы должны немедленно сдаться в плен, или предстанете перед судом, таким же, как Нюрнбергский».


 Подполковник в силу хорошего знания русского языка указал «парламентеру» «направление», по которому ему следует идти. Бой возобновился. Дудаевцам снова не удалось сломить оборону отряда.


 Ковалев на частоту этого подразделения больше не совался. Зато, видимо, выходил со своим «воззванием» на другие части. Потому что, когда 7-8 января по указанию Бориса Ельцина в Грозном было объявлено перемирие, и у федералов появилась возможность хотя бы собрать тела своих убитых товарищей, только на 500-метровом участке Старопромысловского шоссе медики обнаружили 74 солдатских трупа из различных частей — с отрезанными головами, с расстрелянными крест-накрест телами.


- Не исключено, что среди этих ребят оказались и те, кто поверил заверениям депутата, кто вышел к боевикам с поднятыми руками, — говорит Игорь Станкевич.


 Кстати, недавно фамилия того грозненского «парламентера» оказалась в предвыборном списке одной из российских политических партий. К счастью, пролезть в Думу ему так и не удалось. На одного предателя во власти оказалось меньше…


В любой драке достаточно трусов.  Но события в Грозном впервые показали тогда настоящих Героев. Игорь Станкевич вспоминает свое общение с командующими группировок..  То были  настоящие, «непаркетные» генералы – Рохлин, Пуликовский, остававшиеся со своими солдатами на передовой, не заботившиеся даже о личной безопасности. Именно благодаря их выдержке удалось переломить ситуацию «Рохлин бросил в бой все силы, — вспоминает бывший замкомандира 81-го полка, который действовал тогда во взаимодействии со штабом генерала.  — Охранение его КН, находившегося в самом пекле, осуществляли лишь несколько офицеров со штатным оружием».


 А сколько генералов потеряли в чеченских событиях самое близкое, что у них было – собственных детей. Сыновья-офицеры погибли у генералов Георгия Шпака, Константина Пуликовского, Геннадия Аношина. Они могли бы и не отправлять своих детей в бой, «отмазать» их от Кавказа. Но честь, долг, присяга оказались для  этих генералов не просто красивыми словами…


- Повторю еще раз – то, что тогда происходило, во многом было попыткой развалить армию, а с ней, возможно, и все государство, — уверен бывший заместитель командира 81-го мотострелкового полка Игорь Станкевич. — Если бы те части, которые входили первыми, не выдержали бы, спасовали, если бы  командиры «сломались», а солдаты отказались бы им верить -  не бывать бы России. Но мы доказали, что умеем бить врага. И мы победили. В том числе и тем, что сохранили армию, сберегли ее, а возможно и всю страну, от развала.


На снимках:


– Герои России из непобежденного 81-го – Игорь Станкевич и старший прапорщик запаса Григорий Кириченко (справа)


– карта центра Грозного, где вел бои отряд Игоря Станкевича


– подполковник И. Станкевич (январь 1995 года, Грозный).


– И.Станкевич и капитан Александр Фомин, Январь 95-го, Грозный.


Фото автора и из личного архива И. Станкевича

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд6 Звезд7 Звезд8 Звезд9 Звезд10 Звезд (Оценок 7, баллов: 69)
Loading ... Loading ...
636 views

Оставлено комментариев: 1

  1. Махмадшариф :

    Я в 1987 г. служил в отряде БАПО дивизии в Кундузе (Афганистан) начальником звуковещательних средств. Командиром отряда был Игорь Валентинович Станкевич. Такого хорошего, образованного человека никогда не забуду. Жаль, что не знаю его адреса и телефона. Мне очень приятно, что он стал Героем России. Поздравляю! Махмадшариф Рустам (Эшов), отв. секретарь газеты «Омузгор» («Учительская газета»), Душанбе, Таджикистан.